Героев нашего следующего сюжета тоже поначалу приняли за нарушителей. А теперь их поступок называют подвигом. Впервые в мире новосибирским речникам удалось пройти на ржавых посудинах Северным морским путем. О приключениях единственной в стране команды перегонщиков - наш специальный репортаж.
Теперь уже не сосчитать, сколько таких ловушек для мух и комаров сплели пауки на кораблях у причала: флот, что когда-то бороздил просторы Лены, после перестройки пал смертью ржавых. К примеру, этот теплоход "ОТ" 15 лет на приколе. "Не иначе, как металлолом!" - твердили якутчане. И вот однажды, как снег на голову, звонок из Салехарда: "Продайте посудины. Не на чем щебень возить!" Сделка состоялась. Смельчаков, которые могли бы перегнать плавучее старьё новым хозяевам, то бишь преодолеть Северный морской путь -пройти более 9 тысяч километров в ледяных водах, а потом бросить якорь в устье Оби - искали по всей стране. Но бывалые капитаны лишь крутили пальцем у виска: "Речным транспортом через акваторию Заполярья? Самоубийство!.."
С детства мечтал о дальних плаваниях: с упоением читал "Двух капитанов". Арктика: торосы, айсберги, белые медведи – будоражили воображение. Сегодня за плечами новосибирца Юрия Зеленина десятки экстремальных походов. Енисей, Волга, Дунай, Балтика. Именно он вместе со своей командой, взялся за рискованную работу. 16 человек вылетели в Якутск.
Юрий Зеленин, перегонщик теплоходов: «В перегонах у нас сложился хороший коллектив, проверенный. Люди надёжные. В последнее время перегоны были интересны для меня не как заработок, а как хобби. Были интересны те перегоны, где я ещё не бывал».
Но с романтикой пришлось повременить: чтобы увидеть красоты Севера, матросам Зеленина нужно было, по сути, восстановить технику. Перебрать до винтика каждый механизм. От кормы до носа. Залог выживания в этих широтах: и в шторм, и в штиль, и в ледяном плену, всё должно работать, как часы.
Караван отчалил 20 августа. Вниз по Лене до моря Лаптевых. Пейзажи для новосибирцев не привычные: чёрные пласты на разломах - уголь! Его здесь не меряно. Однако добычу в промышленных масштабах не ведут: местность труднодоступная. Отчасти поэтому в поселениях по берегам реки ужасающая голь. Последний причал перед выходом в океан. Быков Мыс. 150 жителей. Ни одного предприятия, ничего не строят. Сюда после войны ссылали - а точнее, отправляли на верную смерть - прибалтов. Тех, кто был замечен в связях с фашистами. Впереди - пролив Вилькицкого. О нём давно дурная слава: для здешних бурь даже многотонные танкеры, как щепки - сильный шквал может запросто их перевернуть. Смертельную опасность таят и ледяные глыбы, толщиной до двух метров.
Капитан Зеленин и его правая рука в экстремальных походах - Виталий Макеров - решили: рискнём! Курс на полюс. Подальше от гигантских волн, зато навстречу торосам: они сейчас менее опасны, - предположили перегонщики судов. Хотя таким путём гиблую акваторию ещё никто не проходил.
Ни вперед, ни назад. 15-ый день во льдах. Команда ждёт, когда пролив Вилькицкого освободит свои воды. Экипаж на взводе: механики в любой момент готовы выпрыгнуть за борт для устранения поломки, каждые полчаса дотошно осматривают корпус.
Виталий Макеров, перегонщик теплоходов: «Что такое ожидание? Это не игра в карты, не игра в шахматы, это ещё разубедиться, что у тебя на судне всё нормально. Это опять, по новой. Это можно перебрать, давайте вот здесь посмотрим, давайте разберем, сделаем. Это постоянная работа. Отдушина, как таковая - обед, ужин.
Рация без конца трещит: вызывает ледокол "Россия", что пробивал дорогу до Тикси танкеру с топливом. На том конце провода недоумевают: как речной теплоход попал в северные широты? Сибиряки отшучивались, хотя было не до смеха: зловещий пролив вскрылся не везде. И тогда они проявили смекалку - упершись друг другу в корму, начали аккуратно, эдаким водным бронепоездом, расталкивать айсберги.
Виталий Макеров, перегонщик теплоходов: «Удары в корпус были очень сильные. Судно, всё, естественно, дрожало. И это продолжалось не час, не два и не три! Это продолжалось больше трёх суток. Мы пробивались через льды. Ну, пиджак, который на мне был, форменный, с погонами, он на вторые сутки был белый, как вот здесь вот, видно. От соли, видимо, промок».
Анатолий Харитонов, корреспондент: «Нашим землякам повезло: суровые моря преодолели без потерь. А вот другому теплоходу, который устремился в пролив сразу после них, нет. Льды намертво сковали единственный маршрут. Пришлось повернуть назад».
Повторить героический перегон новосибирцев пытались многие, но они либо возвращались обратно в порт, либо, после страшной бури, камнем шли ко дну. Родная Обь. В порту Салехарда караван бросил якорь. На второй месяц после начала экспедиции. Ни поломок, ни вмятин. И, тем не менее, перегонщиков встретили со скандалом: одна из местных судоходных компаний обвинила сибиряков в том, что они угнали корабли. Даже предъявила документы на технику. Но выяснилось: бумаги - фальшивка. А весь спектакль - дешевая попытка завладеть судами.
В итоге команда Юрия Зеленина с честью завершила свой поход и, получив расчет, вернулась домой в Новосибирск. А здесь уже который год унылая для сердца речника картина: десятки теплоходов на приколе. И не сосчитать, сколько ловушек для мух и комаров сплели на палубах пауки. Впрочем, плавучее старьё вправе надеяться на светлое будущее. Его еще можно оживить и перегнать туда, где оно востребовано. Например, на Запад. А кому это поручить, наверняка, знают уже все судовладельцы страны.
